Призер Олимпиады -2025!

Первое место в номинации "Публичная речь" - студентка 1 курса ИЮ ДГУ Абдулкапурова Джувайрият!

Юрист без слов как хирург без скальпеля: почему ваша речь – главный профессиональный инструмент? Уважаемые члены жюри, уважаемые зрители! Представьте себе на мгновение два стола. На одном — стерильные инструменты: скальпели, зажимы, пинцеты. На другом — только… слова. Точные формулировки, выверенные аргументы, тексты законов. К какому столу вы подойдёте, если вам нужна помощь? Сегодня я хочу рассказать вам о том, что кажется очевидным, но на деле является тем самым скрытым фундаментом, на котором стоит всё здание профессии юриста. Юрист может быть энциклопедически образован, его память может хранить тонны законов и прецедентов, его аналитический ум может разгадывать самые сложные правовые головоломки,но если он не умеет выпускать эти знания в мир — ясно, убедительно, по-человечески — то все они остаются мёртвым грузом. Как книга на забытом языке в запертой комнате. Знания есть, а пользы — нет. И здесь мы подходим к сути нашей метафоры. Хирург спасает жизнь, совершая точное физическое действие скальпелем. Он рассекает ткань, чтобы устранить угрозу. Юрист спасает судьбы, репутации, свободу и права, совершая точное речевое действие — словом. Он рассекает не ткань, а путаницу фактов, пробивается сквозь стену непонимания, удаляет раковую опухоль конфликта. Давайте задумаемся об этой аналогии глубже. Хирург знает: миллиметр в сторону — и он заденет жизненно важный нерв или сосуд. Последствия — необратимы. Юрист знает: одно слово «и» вместо «или» в тысячестраничном договоре — и он создаст юридическую катастрофу на миллионы. Один неточный, эмоциональный эпитет в судебной речи — и он навсегда потеряет доверие присяжных. Наш скальпель — это грамматика, синтаксис, интонация и пауза. Наше операционное поле — это сознание и эмоции другого человека: судьи, клиента, оппонента. И от точности нашего слова зависит исход всей операции. «Слово — это поступок». Эта гениальная фраза Антона Павловича Чехова — не просто красивая метафора для юриста. Это наша рабочая реальность. В нашей профессии слово — это действие, которое имеет прямые последствия. Одно слово в договоре может принести миллионы или привести к банкротству. Одна фраза в суде может вернуть человеку свободу или отнять её. Слово защищает, убеждает, предупреждает, примиряет, создаёт новые реальности — будь то текст закона или договорённость в переговорах. Речь — это универсальный инструмент, который объединяет все грани нашей профессии. Мы часто думаем о юристе как о фигуре в мантии в зале суда. Но юридическая вселенная гораздо шире. Юрист-законодатель пишет нормы, по которым будет жить общество. Его слово должно быть кристально точным, лишённым двусмысленности, ибо это — воля государства, отлитая в текст. Одна неверная запятая может изменить смысл для миллионов. Корпоративный юрист ведёт переговоры. Его речь — это инструмент дипломатии. Он не выигрывает спор, он находит решение. Его слово должно гасить искры конфликта, а не раздувать пожар судебного разбирательства. Юрист-консультант — это переводчик. Он стоит между сложным, абстрактным языком закона и конкретным, живым человеком, который плачет, злится или боится. Его задача — перевести «юридический китайский» на язык человеческих эмоций и простых решений. Без высокомерия. Без усложнений. Правозащитник работает там, где слово становится последним бастионом, последним щитом для безгласного. Его речь должна обладать такой силой, чтобы пробивать стену равнодушия и заставлять слушать даже тех, кто отворачивался. Так как же это работает на практике? Давайте посмотрим на живые примеры. 1. Убеждение. Один мой знакомый корпоративный юрист столкнулся с кризисом: долгосрочный контракт с ключевым иностранным партнёром висел на волоске из-за спорной формулировки о «форс-мажоре». Можно было начать войну писем, ссылаться на стандарты. Но он поступил иначе. На видеоконференции он отложил текст договора и сказал: «Давайте представим, что мы не юристы, а два инженера, которые вместе строят мост. Эта фраза — как трещина в чертеже. Мы можем спорить, чья она вина, а можем вместе её заделать, чтобы наш общий мост был прочным». Он говорил не о правах, а об общем смысле, об общей цели. Контракт не только сохранили — партнёрство укрепилось. Сработало не знание Инкотермс, а умение доносить смысл. 2. Объяснение рисков. Вспомним нашумевшую историю с «уведомлениями из банка» о блокировке карты. Мошенники мастерски используют панику и незнание. Клиент в ужасе звонит юристу. Задача юриста — не прочитать статью о мошенничестве, а своим словом остановить панику. «Успокойтесь,банк никогда не звонит с таких номеров. Это как если бы врач звонил вам с рекламы таблеток. Положите трубку. Сейчас мы вместе позвоним на официальный номер, указанный на вашей карте. Ваши деньги в безопасности, потому что вы вовремя спросили». Здесь речь становится щитом, который защищает человека от него же самого, от его страха. 3. Обоснование позиции. Ярчайший пример — защитительная речь адвоката. Вспомните фильмы, но реальность ещё ярче. Адвокат защищает молодого человека, обвиняемого в краже. Улик много, атмосфера в зале обвинительная. И адвокат не спорит с каждой уликой. Он строит нарратив — историю. «Уважаемый суд, перед вами не вор. Перед вами — отчаявшийся сын, который в ночь на 20-е декабря, узнав, что матери не на что купить лекарства, совершил роковую ошибку. Он взял чужое, чтобы помочь самому родному человеку. Да, он виновен в краже. Но разве цель правосудия — сломать ещё одну жизнь? Или дать шанс её исправить?» Его слово рисует картину, где факты складываются не в формулу «украл — наказать», а в человеческую драму, требующую мудрого решения. 4. Разъяснение закона. Юридический консультант в обычной поликлинике. К нему приходит пожилая пара, которая после 40 лет брака решила оформить наследственные договоры. Для них «дарственная», «завещание», «наследственный договор» — тёмный лес. Юрист не выдаёт им ссылки на ГК РФ. Он берёт лист бумаги и рисует два домика. «Вот ваш дом,Ирина. Вот ваш, Сергей. Представим, что нас с вами не станет. Как сделать так, чтобы дом не стал яблоком раздора для детей, а перешёл к тому, кто в нём живёт и за ним ухаживает? Давайте я расскажу, какие есть дороги от этих домиков к будущему». Его речь строит мосты между страхом перед неизвестностью и спокойным, оформленным решением. 5. Составление актов. Работа следователя на месте происшествия — это тоже речь. Но речь, застывшая в протоколе. Каждое слово в нём — это факт, пригвождённый к бумаге. «…На полу, в 2-х метрах от входной двери, обнаружен осколок стекла трапециевидной формы, размером 3 на 5 см». Не «осколок», а «осколок трапециевидной формы». Это слово-скальпель. Оно отсекает все другие интерпретации. Оно фиксирует реальность с точностью ювелира. От этого слова может зависеть, куда пойдет расследование. 6. Формирование правовой культуры. Юрист-оратор, выступающий перед школьниками о кибербуллинге. Он не читает лекцию об ответственности за оскорбление. Он говорит: «Ребята, представьте, что ваша страничка в соцсети — это ваша комната. А каждый комментарий — это надпись на стене. Что вы почувствуете, если на ваших стенах появится грязь? Слово в сети — это та же надпись. Оно стирается сложнее. Прежде чем отправить злое сообщение, спросите себя: «Я готов войти в его комнату и нацарапать это на стене?». Его речь сеет семена уважения к праву другого на достоинство. Она не просто информирует, она воспитывает.